вторник, 27 сентября 2011 г.

Песни счастливой зимы



Bon Iver 'Bon Iver, Bon Iver'
Jagjaguwar, 4AD 2011
Любопытно было бы сейчас посмотреть, как кусает локти та самая Эмма. Потому что Джастин Вернон - высоченный бородатый блондин, в прошлом нападающий сборной штата по американскому футболу и музыкант-неудачник, который после разрыва с ней записал свой первый, ей посвященный, альбом под псевдонимом "Bon Iver" - теперь не просто обласканный критиками продаваемый артист. Теперь он - живой классик, которого приглашают хедлайнеромна крупнейшие фестивали, а в Милуоки, где он провел свой первый концерт первого большого тура, даже учредили праздник в его честь, хотя он выпускает всего вторую долгоиграющую пластинку.
Конечно, Джастин не идеален. Два года назад он выпустил довольно невнятный EP 'Blood Bank', а потом зачем-то записал песню для саундтрека к, прости Господи, "Сумеркам" дуэтом с Энни Кларк. Но тем и отличаются хорошие артисты от плохих, что их победы гораздо ярче поражений. А 'Bon Iver. Bon Iver' это, несомненно, победа.
Несмотря на то, что альбом почти полностью Джастин записывал в подвале собственного дома, звук на нем наполнен светом и воздухом. Помните это ощущение, когда на американских горках вагонетка замирает перед крутым спуском, эти мгновения, когда ты висишь над пропастью и что-то внутри истерично колотится от иррационального страха и не менее необъяснимого восторга? Такие же ощущения вызывает прослушивание 'Bon Iver, Bon Iver'. Так же мурашки бегут по телу, на словах "Still alive for you, love", когда осторожный гитарный перебор, кажется, дойдя на цыпочках до обрыва, срывается вниз, в открывающем номере 'Perth'. Лучшая на альбоме вещь 'Holocene' так же не спеша раскачивается, будто на качелях, чтобы обрушиться на слушателя летним дождем после слов "I was not magnificent". Под чудесную 'Towers', описывающую опыт первой близости с женщиной, к горлу подступает комок, когда Джастин пропевает "Can you tell me that is just ceremon'"... И так в каждой композиции есть моменты, которые хочется проживать снова и снова. Они, однако, теряют свою магию, будучи вырванными из контекста - потому что чтобы замереть от ужаса и наслаждения на вершине самой высокой горки, надо сначала туда подняться.
Что еще придает пластинке такое невероятное, почти инопланетное звучание, так это то, что совершенно непонятно, чем Вернон вдохновлялся, когда писал материал, из каких источников он черпал эту живую воду, откуда ноги растут, короче говоря. И это особенно ценно в наше время, когда все соревнуются лишь в том, кто лучше компилирует и чей франкенштейн, в общем, больше похож на человека. У Джастина, такое ощущение, франкенштейн похож даже не на человека а, скорее, на ангела. Потому что сложно понять, что и как он скрещивал. Да и знать не хочется. Потому что волшебство должно оставаться волшебством.
И еще один момент. Не укладывается в голове, почему Вернон, играющий музыку со школы, только в 2007 году смог записать свой прорывной альбом и, более того, блестяще продолжить карьеру второй пластинкой, подняв планку на голову выше предыдущих записей. Что случилось с ним тогда в лесах Висконсина в охотничьем домике его отца, пока он страдал от мононуклеоза, брошенный любимой девушкой, вынужденно распустивший свою группу? Кто пришел к нему: демон или херувим? Я не знаю. И знать не хочу. Потому что волшебство должно оставаться волшебством. Всегда.



Mr Sticha специально для Weary Drum Daily

Комментариев нет:

Отправить комментарий

В этом гаджете обнаружена ошибка